— Миссис Арнфельд, я позабочусь о предотвращении расширения, — сказал Майк.

Терция повернулась к роботу и серьезно спросила его:

— Это возможно. Майк? Я хочу сказать, ты сможешь это предотвратить?

— Не полностью, миссис Арнфельд. Но, управляя своим ростом, стараясь поддержать его в определенных границах, могу контролировать случайные изменения, которые могут привести к обратному расширению. Это, естественно, исключает случаи, когда мне положено увеличиваться.

— Да, я знаю. Муж объяснил мне, что обратное расширение — самый опасный момент, но ты будешь внимателен, Майк, правда? Прошу тебя!

— Законы роботики гарантируют, что я буду делать так, миссис Арнфельд, — торжественно ответил Майк.

Когда они вышли из комнаты, Джоганес повернулся к Терции так, что она восприняла этот жест как попытку успокоить ее.

— Не забывай, мы сделали голосонограмму и подробное компьютерное сканирование области. Майк точно знает расположение всех наиболее значительных раковых образований. Большая часть времени уйдет на поиск маленьких раковых «островков», которые не заметны с помощью аппарата, но без этого нельзя.

— А если обратное расширение, Бен?

— Там, Терция, мы во власти квантов. Предсказать ничего нельзя, но шанс обойтись без проблем достаточно велик. Конечно, мы будем контролировать, чтобы его рост в теле Грегори был постепенным и в определенных рамках, чтобы быть уверенными, что сможем его найти и вынуть.

Миссис Арнфельд находилась в зале для наблюдений, когда была осуществлена миниатюризация Майка. Там расположились также камеры головидения, избранные представители прессы. Значение медицинского эксперимента было таково, что их присутствия нельзя было избежать, но миссис Арнфельд сидела в приготовленном для нее углу только в компании Джоганеса. Они знали, что ее нельзя беспокоить, просить комментариев, особенно если в этот момент что-то случится.